RSS

«Люди спрятались от огня в холодильнике и кричали». Почему сегодня пожары стали страшнее

10:22 24.02.2021
Пожарный Юрий Жуковский спас четверых человек во время пожара в ТЦ «Рио» в Москве в 2017-м. Одного из пострадавших из огня вывел сам. Пожарный и спасенный им человек дышали через одну маску дыхательного аппарата по очереди. Сегодня Юрий Александрович — начальник Управления организации пожаротушения и проведения аварийно-спасательных работ ГУ МЧС России по Москве, полковник. В его машине несколько комплектов боевой одежды — он, как и прежде, идет в огонь.

Запертые в холодильнике люди кричали: «Кончается воздух!»

Самым сложным по эмоциям Юрий Жуковский называет пожар в ТЦ «Рио», который произошел три года назад. Тогда он был помощником руководителя тушения пожара.

— У меня никогда не было навязчивой идеи, что я должен спасти человека из пожара. В «Рио» все было быстро, я принимал решения на автомате, их правильность ты можешь оценить уже после того, как все закончится. Обычно именно так и бывает, — рассказывает он.

Когда поступила информация о людях, заблокированных в герметичном холодильнике в торговом павильоне, пожар продолжался несколько часов. По всему торговому комплексу с разных сторон шли звенья разведки. Прочесывали сантиметр за сантиметром и уже начали ломать стену, чтобы попасть в предположительное место нахождения людей.

При возгорании сработала автоматика, опустились защитные шторы, за которыми люди и оказались. Несмотря на то, что на руках у пожарных были схемы эвакуации и администрация пыталась объяснить, как пройти, обнаружить проход никак не удавалось.

— Идешь как в лабиринте. Все в дыму, ничего не видно на расстоянии вытянутой руки, и даже так ничего не видно (Жуковский выставляет ладонь перед лицом сантиметров на двадцать). И тут на кого уповать — даже не знаю, — вспоминает Юрий Жуковский.

Но его звену удалось найти место, где укрылись люди.

— Мы шли по стене на ощупь, пытались топором разбить стекло витрины, и в какой-то момент, сделав шаг в сторону, я обнаружил искомый проход. Задымленность там была меньше, по очертаниям понятно, что это кухня, и у меня даже сложилось ощущение, что, пройдя сквозь стену, мы попали в Зазеркалье. Время было ограничено, запертые в холодильнике люди кричали, что больше не могут терпеть, потому что у них заканчивается воздух.

С собой у пожарных было три дополнительные маски дыхательного аппарата, а выводить пришлось четверых — двух парней и двух девушек.

— Удивила ситуация — когда им дали команду выходить по одному, первым вышел парень. По моим представлениям, мужчина в подобной ситуации сначала должен подумать о девушках, — комментирует пожарный. — Потом вывели двух девушек и остался еще один парень. Времени было мало. Я провел краткий инструктаж, объяснил, что поползем на четвереньках, потому что внизу дыма меньше и дышать через маску будем по очереди. Парень был спокоен и уверен. Это важно — человек информацию воспринимает адекватно, с ним можно работать.

Как только выползли в холл, парня подхватили и сразу в скорую. Прошло какое-то время, и в соцсети со словами благодарности мне написала его жена, — говорит Юрий Жуковский.

Зачем полковник сам идет в огонь

— Юрий Александрович, почему полковник выезжает на пожары, да еще и сам идет в огонь? Не кабинетный вы начальник, получается?

— Кабинетный, но выездной. Руководители обязательно выезжают на пожары, особенно если объявлен повышенный ранг. Не важно, в каком ты звании. Если приехал на пожар начальник управления, он обязан принять на себя руководство тушением пожара. А как он это будет делать, если не знает обстановку на месте?

Чтобы принять правильное решение, оценить обстановку, сам идет в разведку — в огонь и дым. Твое решение не должно стать причиной того, что кто-то, не дай Бог, пострадает. Так у нас заведено.

Так же делал мой предшественник на этой должности, Герой России Евгений Николаевич Чернышев — всегда шел впереди сам. Он трагически погиб на пожаре.

Выезжают руководители не на каждый пожар, это невозможно, но если случай сложный, нестандартный, представляющий угрозу жизни людей, распространение огня на большие площади — обязательно. Вчера (30 января. — Прим. ред.) выезжал. Крупный пожар на севере Москвы. Загорелся газовый автозаправщик на территории промзоны. Ситуация была сложная. Важно было быстро определить ранг пожара, понять, какие силы нужны для тушения. Начальник караула пожарной части, прибывший на место первым, сразу определил третий ранг. Локализовали пожар на площади 500 квадратных метров.

— В чем была его сложность?

— Много сопутствующих факторов несли угрозу жизни именно участникам тушения. Баллоны, огромные емкости с различными газами могли спровоцировать целую волну взрывов. Задействовали 120 человек личного состава, 30 единиц техники, в том числе вертолет. Сегодня разбираем детали — что, как, почему, анализируем свою работу.

— Мы, обыватели, полагаем, что самое важное звено в тушении пожара — человек со стволом в руках. Во всяком случае, в тот момент понятно, что происходит важное. А что от нас скрыто?

— Важно все. Ты можешь находиться от пожара на расстоянии вытянутой руки, но покинуть свое место нельзя, в огонь тоже нельзя, потому что у тебя другие задачи.

Несколько лет в службе пожаротушения я занимался руководством тыла на пожаре. Должен был обеспечить боевые участки огнетушащими веществами, установить автомобили на гидранты, проложить магистральные линии, установить подъемные механизмы, быть на связи с ГИБДД, чтобы техника могла проехать к месту пожара и много чего еще. Обывателю это может показаться второстепенным, но это не так.

Если вода быстро закончилась, а вы находитесь где-то в безводном районе — что делать? Иногда приходилось по несколько километров прокладывать пожарные рукава. А попробуй в условиях города грамотно установить подъемный механизм, чтобы он эффективно подавал воду в очаг пожара.

Работу начальника штаба можно сравнить с жонглированием: необходимо одновременно решать несколько задач, все улавливать на лету, распределять силы, анализировать ситуацию. Телефон, рации, одновременная связь сразу по нескольким направлениям. Мосгаз, Мосводосток, полиция, скорая помощь, другие службы приходят к нему. Всех нужно сориентировать и одновременно отчитываться о происходящем тоже по нескольким направлениям.

Начальник штаба должен поставить задачи и своим. А для этого нужно знать качества каждого пожарного в личном составе — кто на что способен.

Одного можно на крышу послать, потому что он лучше всех разбирает кровлю, другого — с лестницей, он ловко залезет туда, куда у другого не получится. Приехали со спецоборудованием — значит, надо сообразить, где его правильно использовать. Задача другим пожарным — установить вентилятор, чтобы удалить продукты горения. Ты должен владеть обстановкой на сто процентов, а то и больше.

Сильный след в памяти оставил пожар в общежитии РУДН в ноябре 2003 года. Как раз тогда работал начальником штаба. 182 пострадавших, 44 погибших. Там все было скоротечно, огонь быстро распространялся, продукты горения — по всему общежитию. Когда мы приехали, к сожалению, приходилось уже только погибших считать. Помню, что в тот день было очень холодно.

Страшно, когда в эфире слышишь: «Помогите!»

— Человеческие жертвы на пожарах неизбежны, к сожалению. Коллег терять приходилось?

— Да. И близких людей терял, и коллег, с которыми незнаком. Выезжал на места трагедий, разбирали случаи. Видеть тела тяжело. Гибель пожарного для нас большая трагедия.

Евгений Николаевич Чернышев, о котором уже говорил сегодня, трагически погиб 11 лет назад. Он вывел из горящего пятиэтажного дома группу людей, а потом снова туда вернулся. У него заканчивался воздух в дыхательном аппарате, он об этом передал по рации. Затем в помещении произошло обрушение, и он оказался в тупике. Ранее там была сделана перепланировка, и выход на лестничную клетку оказался заблокирован.

Я не был на том пожаре, но когда позвонили и сказали, что… Женю потеряли… что-то лопнуло внутри. На следующий день у меня было дежурство, и телефон разрывался. Евгения Николаевича знали не только в России.

— Как это пережить? Вчера погибли коллеги, а тебе сегодня в огонь.

— Я не знаю, как. Вот так вот. Такая у нас работа и профессия. Если не готов, не можешь пережить, надо уходить. И бывает, что уходят. Что с ними происходит? Сложно говорить за другого человека. Могу лишь предположить. Если человек уходит после пожара, значит, там произошло что-то такое, что ему сложно принять, возможно, он боится повторения, винит себя в чем-то.

У нас есть печальная статистика о погибших коллегах. Гибнут или попадают в критическую ситуацию в основном начинающие и довольно опытные пожарные. Первые — по неопытности, вторые — из-за чрезмерной уверенности в том, что все знают, умеют. Теряют бдительность и, если так можно выразиться, перестают уважать огонь.

— На каком пожаре было особенно страшно за коллег?

— Случаев множество. Например, когда идет процесс тушения и ты слышишь в эфире «Помогите!». В момент происходит всплеск адреналина и страха за них — что делать? Но мы готовимся и к этому. Если ты попал в сложную ситуацию и нужна помощь, должен сказать в эфире условные слова. Должен понимать и сказать, где находишься, какой у тебя жизненный ресурс, чтобы мы понимали, сколько у нас времени, чтобы до тебя дойти.

Лет 8 назад сложилась непростая ситуация. Я тогда был дежурным по городу, на юго-востоке Москвы загорелся склад, вроде не такой сложный объект, несколько этажей. Звено отработало на участке, воздух у них заканчивался, нужно было смениться. Они пошли на выход, но прошли его, заблудились, началась паника. Их было трое. У одного воздух закончился, второй подключил к своему аппарату его маску, дышали вдвоем. Стресс у всех, бросились на их поиски — слава Богу, обошлось. Всех нашли.

Зачем пожарному кусачки

— А правда, что у вас всегда с собой боевка?

— В любой момент может позвонить диспетчер гарнизона и сказать, что в городе происшествие. Нужно ехать, вне зависимости от того, на службе или дома, выходной это или ты только что вошел в дом после рабочего дня.

За мной закреплен оперативный автомобиль — небольшой микроавтобус. Поступил сигнал — прибыла машина, сел и там же переоделся. У моих водителей навыки спецов высшего пилотажа. Сирены, мигалки, лавирование по трассе между автомобилями. Порой мчимся по встречке, крутые повороты — не всегда просто попасть в сапог или штанину.

Боевка в машине не одна и пара-тройка сапог. Знаю, что может пригодиться. Иногда с одного пожара нужно ехать на другой. Пару раз переезжали с пожара на пожар трижды.

— Как экипирован пожарный? Что нужно при себе иметь?

— Боевка, шлем, ремень на поясе, на нем обязательно топор, карабин. На руки — краги, на спину — либо дыхательный аппарат на сжатом воздухе, либо противогаз на сжатом кислороде. Вон лежит у меня такой (кивает на баллон у дивана). На пожарном — от 14 до 17 килограммов веса. Это стандартно.

У многих пожарных, особенно у командиров отделений, обязательно с собой барашек для внутренних пожарных кранов в жилых домах.

Еще наши предшественники придумали универсальный ключ. Это небольшой кусок металла в виде треугольника, где есть множество приспособлений для открывания электрощитов, дверей в электричках, нестандартных замков. Даже деревянные клинышки у нас с собой, они пригодятся, когда нужно выветрить продукты горения.

У меня с собой перочинный нож и кусачки. Для чего пожарному кусачки? Если горит административное здание, моментально прогорают подвесные потолки. Огромный метраж слаботочной проводки, которая была проложена под ними, падает на пол. Она мешает передвигаться, в ней можно запутаться так, что не выберешься. Кусачки в помощь — и себя освободить, и путь. У кого-то с собой универсальный нож со стеклобоем, не всегда пожарным топориком можно разбить стеклопакет.

Мы выезжаем не только на пожары, но и на ДТП. Чтобы быстро освободить людей, перерезать ремень безопасности, берем с собой стропорез.

Один-два вдоха, и человек теряет сознание

— Что сегодня особенно опасно? Чем отличаются пожары последнего 20-летия от тех, что были раньше?

— Раньше в домах и учреждениях было больше натуральных материалов, сегодня — синтетических. Они быстрее горят и выделяют сильные токсичные продукты горения. Достаточно двух-трех вдохов — человек теряет сознание.

Стала выше и сама температура горения. Временные отрезки, за которые может сгореть квартира или дом, сократились. Опасность для человека, который оказался в эпицентре пожара, возросла в несколько раз.

— Москва — сложный город в плане пожароопасности? В чем его особенности?

— Объекты разные, и каждый уникальный. На промышленных объектах много горючих, химически опасных веществ. Огромное количество разного транспорта — метро, железная дорога, автобусы, троллейбусы. Досуговые, торговые центры, музеи, кинотеатры. Когда бываю в таких местах с семьей, всегда смотрю, как все устроено, как действовать, в случае чего.

Современное жилье — это многофункциональный комплекс. Всюду своя специфика. Много высотных зданий в Москве. Несмотря на то, что по статистике пожары там случаются редко, выявлена закономерность, что последствия зачастую трагические. И мы должны быть к ним готовы.

— Ваша служба первыми в Европе провела эксперимент — на учениях тушили башню «Восток» в Москва-Сити.

— Да. Провели испытания подачи воздухонаполненной пены на рекордную высоту. На сегодняшний день это самое высокое здание в Европе — 373 метра, 95 этажей. Я и сам хотел убедиться в том, что современная техника может справиться с такой задачей.

Опыт с применением этого вещества пригодился. Недавно был пожар на тридцатом этаже новостройки на северо-западе Москвы. Справились.

Проводили учения на Останкинской телебашне, достигли отметки в 270 метров. Поскольку производитель системы пожаротушения воздухонаполненной пены утверждает, что ее можно подавать на высоту 400 метров, на практике мы убедились в том, что это так.

Еще один уникальный эксперимент. Уже с помощью системы пожаротушения «Кобра», которая позволяет сократить время тушения пожара. Особенность ее работы в том, что по шлангу подается вода под высоким давлением до 300 атмосфер. Использовали специальный ствол, так называемое копье, через которое подавали воду с примесью абразива. Таким образом можно делать отверстия в строительных конструкциях, не тратя время, например, на вскрытие металлической двери, и подавать огнетушащие вещества в очаг пожара. После того, как открытое горение сбито, в помещение нужно попасть, чтобы его осмотреть и пролить.

— «Кобра» — лучшая техника в вашем боевом арсенале? Значит, вы можете потушить любой пожар?

— Так нельзя сказать. Одинаковых пожаров не существует, для каждого свой способ тушения. Для горючих жидкостей необходимо применять пену, если пожар в закрытых помещениях — «Кобру» применить, если на высоте — газонаполненную пену. Большое влияние также оказывает фактор времени, счет в таких ситуациях идет на секунды.

— Приходилось спасать ценные вещи, редкие музейные экспонаты, например?

— В Третьяковской галерее проводили учения. Делали макеты ценностей, запасники задымляли глицериновым театральным дымом. В 2015 году при пожаре в библиотеке ИНИОН РАН спасали ценные экземпляры изданий.

При пожарах в административных зданиях, офисах, случается, выносим сейфы с документами, компьютеры. Собственники благодарны — удается сохранить документацию.

Если мама отпускала, я ехал на пожар с отцом

— Юрий Александрович, вы же потомственный пожарный. Что знаете о предках?

— О том, что дед был пожарным, узнал уже после его смерти. Дед служил в 35-й пожарной части Москвы, был командиром отделения. Во время Великой Отечественной войны при налетах фашистской авиации предотвращал возгорание от фугасных бомб.

Отец закончил Ленинградское пожарно-техническое училище, там же познакомился с мамой. Дослужился до звания полковника в должности заместителя начальника Управления пожарной охраны Москвы — начальника штаба.

Он очень много работал, рано уезжал из дома, поздно возвращался. Как сейчас помню, собирается на работу — надевает шинель, откидывает ее с плеч, надевает кашне, водружает на голову каракулевую папаху — полковникам такие полагались. Потом целует жену, дает мне в шутку «пятачка» и уходит на службу.

Этот кабинет — его последнее рабочее место. Когда я заступал в должность, выбрал его именно поэтому. Портрет отца висит слева от стола.

Мама начинала диспетчером, потом была связным. Раньше не было таких возможностей передачи информации по радиостанции, как сегодня. Она работала в паре с начальником караула, участвовала в разведке, бегала от начальника караула к машине, чтобы оттуда, с помощью радиостанции, передать информацию дальше. Потом пошла учиться и работала уже в пожарном надзоре. Мой брат — тоже пожарный.

— Отец вас брал с собой на пожары?

— Если мне повезет и он окажется дома, когда поступил вызов на пожар, спрашивал меня — поедешь? Я смотрел на реакцию мамы, и, если она говорила «да», то быстро собирался и ехал с отцом. Романтика — машина с мигалками и сиреной. Там он оставлял меня под присмотром своего водителя и строго говорил, чтобы я никуда не лез.

Тогда я мало чего понимал, но было интересно и любопытно — много пожарных машин, все куда-то бегут, кричат.

— Вещи какие-то особенные вам отец не передал «по наследству»?

— Я тогда был еще молодым лейтенантом, окончил Ивановское пожарное училище и только пришел на службу в пятнадцатую пожарную часть. Буквально перед этим горело американское посольство в Москве. После тушения пожара дипломаты собрали отличившихся пожарных, выразили благодарность и вручили им комплекты боевой одежды пожарных Америки. Отцу не очень понравилась каска, и я ее выпросил. Довольно долго носил, но она и у меня не прижилась. Каска открыта, не защищает так, как нужно, и не очень удобна. Сейчас она хранится дома у родителей в небольшом музейном семейном уголке.

— Наверное, это удобно, когда твой папа — полковник, а ты служишь тут же.

— Не пользовался этим и не бравировал. Просил относиться к себе как к обычному рядовому сотруднику. Было дело, что доставалось — ругали, если делал что-то не так.

— Профессия пожарного — опасная. Страшно бывает? Может возникнуть чувство растерянности?

— Для этого существует психологическая подготовка. Растерянность тут недопустима, несмотря на то, что регулярно испытываешь стресс.

Страх, как и любой человек, испытываю, конечно. Когда человек сталкивается с опасностью, он не может не бояться. Больший страх испытаешь за своих подчиненных, как я уже говорил.

В пожарной охране служат люди определенного склада — решительные, ответственные, готовые в любой момент к выезду на пожар.

На суточном дежурстве пожарный не спит сутки подряд и не играет в домино. Ты все время находишься в состоянии напряжения и готовности выехать.

— Как быстро должен пожарный собраться и когда вырабатывается готовность, о которой говорите?

— На сбор по нормативу – одна минута. Время прибытия пожарных на место в городской местности — максимум 10 минут. Помню, когда учился в Иваново, мы, курсанты, дежурили в пожарной части и нас тренировали. Когда слышишь сигнал боевой тревоги в третий, а то и в пятый раз за ночь, экипируешься на автомате, а просыпаешься уже в машине.

Я и сейчас все время на связи. Рация включена всегда, отключается только дома.

В 4:30 утра подъем, а в 6:30 уже на работе — ставлю задачи личному составу, иду на доклад к руководству, и все — день закрутился.

Если вы нашли ошибку: выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Сообщение об ошибке

Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
*
CAPTCHA Обновить код

Версия для печати